Марш несогласных
Вадик прислал нам с М. Кейс описание вчерашних событий в СПб. Я, поскольку сейчас в Швеции, присутствовать не смог. За что мне стыдно. И в связи с чем я вывешиваю письмо Вадика:

"Мы знали, конечно, что какие-то люди собираются провести в СПб «Марш несогласных», но если честно, то ещё неделю-две назад мне казалось что это всё развлечение националистов типа Лимонова и ему подобных. Было что-то в Москве, легкодоступные СМИ рассказывали про то, что соотношение ОМОНа/милиции и демонстрантов было не в пользу последних. Ну это и не удивило, сами знаете, что народ нынче у нас неактивный, кроме преклонного возраста коммунистов да юных националистов никого на улицу и не тянет. Сегодня численный перевес тоже был не на стороне митингующих, по всему центру сил правопорядка было явно больше, чем желающих митинговать. Однако возрастной и социальный состав оказался гораздо разнообразнее, что приятно удивило.
Ладно, в сторону лирику. Мы с Элей пошли спонтанно, как-то за завтраком, происходившим за полчаса до начала события, разговорились о том, что вот, митинг будет. Решили сходить глянуть, благо недалеко. Любопытство нас заставило не рассиживаться после завтрака, и ровно в 12, когда по плану должны были у БКЗ собраться митингующие, мы вышли из дома.

Пока шли БКЗ, прошло полчаса и я думал, что это как раз правильное время, потому что все никогда не приходят вовремя:) На углу Жуковского и Восстания натолкнулись на пожилую женщину, рассказывающую в мобильник, что пенсионеров гоняют омоновцы с автоматами и дубинками, но у самого «Октябрьского» оказалось пусто и тихо. Вся площадь была оцеплена ОМОНом и заставлена металлическими заграждениями, и никаких намёков на митинг.

Мы решили, что митингующих просто не пустили. Зато когда мы свернули к Невскому, то сразу поняли, куда они делись, и что пришли на всё это посмотреть не одни мы. Лиговский в этом месте перекрыт всё тем же ОМОНом и сотни его скучающих сотрудников позируют перед объективами товарищей, журналистов и прохожих. Зато дальше, на площади Восстания перед самым Невским, кучковались полтора-два десятка флагов и было слышно стройное, но очень локальное скандирование чего-то. Мы подошли, и в толпе таких же любопытных и в большинстве своём неравнодушных к происходящему, тусовались минут десять на том месте, откуда ездят в Финляндию народные автобусы. Движение по Невскому тогда ещё было. Флаги были от нас метрах в 50-ти, но к ним нереально было присоединяться, т.к. их отделял ОМОН. Впрочем, ОМОН был со всех сторон. Раньше мы никогда не видели такой концентрации сил правопорядка, причём некоторые (начальствующего вида) попадались в штатском. Вели они себя вполне мирно, но своим количеством более-менее разделяли собравшихся людей, единой толпы не было и ей было трудно возникнуть.

В какой-то момент в нашу сторону пробежали несколько молодых парней, у кого-то даже был флаг, и над ними начал работать ОМОН. И тут началась перегруппировка ОМОНа. Наверное, хитрые парни предприняли отвлекающий манёвр, поэтому количество ОМОНа вокруг нас резко возросло. Они встали в ряд и направили металлические щиты в сторону флагов. Это было примерно в 12.50. Шум со стороны того пятачка, где были флаги, поменялся, и там началось какое-то движение и скоро стало понятно, что оно не в нашу сторону. Флаги оказались на Невском, а транспорт встал. Мы пошли за флагами.

Насколько я успел заметить, изначально было 6 или 7 вариантов флагов, для меня узнаваемы были только НБП и «Яблоко». Потом, когда мы оказались ближе, я разобрал символику «Объединенного Гражданского Фронта» (Каспаров) и «Смены» (до сих пор не знаю, что это такое, но, кажется, что-то радикально-молодёжное). Ещё позже выяснил, что бело-красные «солнышки», которых поначалу было не меньше НБП-шных знамён, это «Народно-демократический союз» Касьянова.

Надо сказать, что во время этого шествия флагов постепенно становилось меньше. Дело в том, что ОМОН, безразличный к обычным гражданам и практически не реагирующий на выкрики в их адрес и провокационные нападения активных пенсионеров, периодически делал вылазки в толпу с флагами и нападал на тех, у кого в руках были эти флаги. Первым делом пало «Яблоко», а под конец осталась практически только националистическая символика. Немолодая женщина в толпе сказала нам, что это делается для того, чтобы мероприятие выглядело со стороны не очень красиво, ведь практически все СМИ выставляют «несогласных» в виде экстремистов, «дестабилизирующих обстановку». Народ, пришедший поучаствовать или просто взглянуть, понял, что всё самое интересное впереди, и активно устремился за флагами. Мы тоже пошли, метрах в 150-200 от авангарда, где-то в середине толпы. Люди активно стекали на Невский и шли за флагами. На всём пути до Думы периодически начинались крики «Это наш город!», «Матвиенко в отставку!» и «Позор!», когда очередная дюжина омоновцев боролась с флагами и самыми активными активистами.

Я бы сказал, что абсолютное большинство пришедших выглядело и вело себя не так, как рассказали «Вести» на своём интернет-сайте, и тем более не так, как попыталась представить это Матвиенко. Это люди, которых привела сюда несправедливость с «Яблоком», позорные изменения выборного законодательства, усталость от мнимого единства России, скандалы вокруг «Газпром-сити». Согласные быть несогласными. Они не готовы пробивать стены ОМОНа, но недовольство городскими и федеральными властями хорошо чувствовалось в толпе. Поэтому мы шли за флагами в сторону Дворцовой, а не к Смольному, как было объявлено заранее, и если честно, меня это всё очень впечатлило. Немного, но были люди с транспарантами и плакатами. Мне запомнился транспарант «Путин, дуй из Кремля!», его несли готического вида мальчики и девочки. В этот момент в шествии было 2-3 тысячи народу, но ещё многие оставались на тротуарах или их успел остановить ОМОН. Заминки в движении авангарда были на Литейном и на Фонтанке, но, похоже, туда не успели перебросить достаточного количества ОМОНа, поэтому мы продолжали двигаться.

На Садовой было уже жёстче, мы обходили этот перекрёсток по тротуару, но всё равно к Гостинке пробилось немало народу, даже оставались ещё флаги. Мы в этот момент оказались совсем недалеко от авангарда, метрах в 50-ти. От Садовой до Думы прошли по проезжей части очень быстро и встали на перекрёстке с Думской. Нам с Элей повезло, потому что абсолютное большинство людей туда не пустили. Тактика ОМОНа была проста: на протяжении всего марша щиты часто разворачивались в сторону, противоположную флагам и активистам. В итоге у Думы оказалась толпа в 300-400 человек, а все главные действующие лица заняли лестницу здания Думы.

В мегафон, который, кстати, был довольно хилый и вряд ли мог обеспечить всем сочувствующим, оставшимся вне оцепления, хорошую слышимость, вещал Гуляев (организатор мероприятия и пока ещё депутат ЗС), а потом Каспаров. Содержание их речей мало отличалось, суть сводилась к тому, что выборы в ЗС – фарс, все мы имеем право на протест, власти нас боятся, но нас не запугаешь, а строительство комплекса «Газпром-сити» будет стоить каждому питерскому налогоплательщику 1300 рублей в год в течение 10 лет. После Каспарова мегафон должен был перейти Резнику, главе питерского «Яблока», но в этот момент ворвался ОМОН и стал отбирать мегафон, оставшиеся флаги, потащил активистов с «трибуны». Всё это сопровождалось криками и свистом толпы.

Стало понятно, что говорить защитники общественного порядка не дадут. Правда, через несколько минут, в течение которых мы возмущались и галдели, у Гуляева каким-то образом оказался в руках мегафон, он залез на подоконник окна и вроде хотел огласить какую-то резолюцию, но рядом с ним пристроился какой-то седой дядя, который стал говорить про то, что его родители, защищая Дорогу жизни, боролись с настоящим врагом – немцами, а сейчас… До них добралась очередная бравая группа омоновцев и вещание в мегафон на сегодня закончилось. Гуляева долго стаскивали с окна, и когда его стащили, он упал куда-то в толпу на ступенях Думы, состоявшую на тот момент из омоновцев и сопротивляющихся активистов.

Основными криками толпы у Думы были: «Это наш город!», «Позор!» (всё также как комментарий к действиям милиции и ОМОНа), «Фашисты» (в той же ситуации), и даже «Пока мы едины – мы непобедимы!». Последний нас с Элей особенно впечатлил, и кстати, многие в толпе, похоже, не смущались аналогий, которые само собой появляются при произнесении прилагательного «единый». Мы присоединялись к крикам «Против всех», и «Выборы!».

Когда ораторы лишились мегафона, а некоторые попали в милицейские развозки, с лестницы что-то кричали ещё несколько человек, но их уже было не слышно совсем. Тогда уже не было никакой символики, но вдруг кто-то на думской лестнице развернул флаг Евросоюза и стал им размахивать. Тут же появились омоновцы и под крики толпы флаг исчез.
Мы набрели на женщину с интеллектуальным, но очень точным плакатом «Суверенная демократия сделала людей социальными рабами», побродили внутри оцепления минут пять, Эля встретила университетского знакомого, и мы пошли на тротуар к гостинице «Европа».
ОМОН стал без рукоприкладства, но массово вытеснять людей с проезжей части на тротуары. Было 2 часа дня. Мы ещё несколько минут постояли, увидели, как по Невскому поехали пустые автобусы со скучающими кондукторами, и пошли на площадь Искусств. Эля пошла домой, а я отправился на Васильевский работать. Пока я ехал в троллейбусе, видел толпы народа, рассеивающегося с митинга, и омоновцев на Дворцовой (но сама площадь не была перекрыта).

Так вот символично получилось, перед зданием первой Государственной Думы. И пусть «Другая Россия» это мезальянс, у которого не может быть большого будущего, но сегодня я почувствовал, что народ у нас активнее, чем был ещё год-два назад."